4 мифа о цифровых валютах центробанков и их развенчание

Хотя терминология цифровых валют центральных банков (CBDC) становится все более запутанной, важно помнить, что когда мы говорим о CBDC, мы говорим о типе денег как минимум с тремя характеристиками:

  • В отличие от банковских депозитов или электронных денег, CBDC является ответственностью центрального банка, а не посредника между центральным банком и пользователем денег.
  • В отличие резервов, которые банки хранят в центробанке, CBDC доступна любому человеку или бизнесу, а не только избранным контрагентам.
  • В отличие от наличных денег, CBDC существует только в электронной форме.

Таким образом, CBDC — это концептуально новый тип денег, который еще не был создан, за исключением некоторых ограниченных прототипов. Но мифов о CBDC становиться все больше.

Эквадорский миф

Нет, Эквадор не был первой страной, выпустившей CBDC. У Эквадора действительно был неудачный опыт с так называемой суверенной цифровой валютой, Sistema de dinero electrónico, или системой электронных денег, запущенной в декабре 2014 года. Официально было обещано, что обычные люди смогут открывать цифровые счета в центробанке Эквадора (BCE) и с помощью мобильного телефона потратить или перевести деньги, внесенные на эти счета.

Но “деньгами” в данном случае были доллары США, поскольку Эквадор долларизовал свою экономику в начале 2000 года. Таким образом, “dinero electrónico” никогда не была настоящей суверенной валютой, выпущенной в цифровом виде центральным банком Эквадора. “Dinero Electrónico” были попыткой создать цифровые доллары. Центробанк Эквадора обменивал долларовые банкноты и монеты, депонированные населением, на цифровой аналог валюты, выраженной в долларах, которая якобы могла быть использована вкладчиком без потери стоимости для осуществления платежей и перевода средств в электронном виде.

Основная проблема в этой денежной схеме заключалась в разрешении центробанку Эквадора обойти долларизацию, а именно, отказавшись от паритета между суммой, доступной на цифровых счетах, и суммой долларов США, хранимых на депозите. Эта идея привела к недоверию общественности и, в конечном итоге, к провалу эксперимента. Уличные протесты против “dinero electrónico” стали обычным явлением, люди держали таблички с надписью “Я не верю в ваши воображаемые деньги”.

За три года работы в центральном банке было открыто 400 000 счетов, но в конце 2017 года более 70% счетов были неактивными. В декабре 2017 года законодательный орган Эквадора принял закон о прекращении “программы цифровых валют”, и центральному банку было приказано закрыть все цифровые счета до 16 апреля 2018 года.

Миф о токенах

Вторым популярным мифом является токенизированный CBDC. Если под “токенизацией” вы имеете в виду использование технологии для шифрования некоторых данных, чтобы улучшить безопасность передачи и хранения CBDC, то все нормально. Но если под “токенизацией” вы подразумеваете, что CBDC может или должна иметь характеристики, подобные наличным деньгам, то у нас возникает проблема.

Зачем нам нужно, чтобы CBDC или любой другой цифровой актив притворялся физическим объектом? Кажется парадоксальным придумать ряд аргументов в пользу выпуска суверенных денег в цифровом формате — таких как улучшение денежно-кредитной политики и повышение финансовой стабильности — а затем прийти к выводу, что эти цифровые деньги должны работать как токен. Если все, что нам нужно, это токенизированная форма денег, то у нас уже есть наличные.

Наличные представляют собой токенизированные деньги, потому что они содержат в себе всю информацию, необходимую для совершения платежа или перевода, и денежная транзакция является окончательной, когда токен переходит из рук в руки. При наличных расчетах производится немедленный двусторонний платеж без какого-либо посреднического вмешательства. Это по-настоящему одноранговая сеть. При платежах или переводах с использованием CBDC транзакция должна регистрироваться в реестре, чтобы указать, что некоторые единицы CBDC перемещены с одного счета или кошелька на другой. Некоторое посредничество, даже если оно децентрализовано, необходимо для выполнения транзакции. Это не может быть полностью одноранговая сеть.

Технологически возможно идентифицировать определенное количество CBDC, которые могут быть проверены и приняты как законные, даже когда цифровые учетные записи или кошельки отключены. Но этот процесс может только отсрочить, а не избежать расчетов по транзакции с цифровой валютой. В какой-то момент балансы цифровых счетов или кошельков должны быть согласованы и сообщены всем, кто отслеживает транзакции в сети, будь то центральные банки или майнеры биткоина. В противном случае невозможно определить, кто чем владеет.

Без надежных записей никто не может знать наверняка, действительно ли вы владеете единицами CBDC, которые вы пытаетесь потратить, принадлежат ли они вам, или вы перенесли эти единицы из своего кошелька в другой кошелек 10 минут назад. Поэтому различие между токенизированным CBDC или учетным CBDC достаточно искусственное. Ни одна цифровая валюта, включая CBDC, не может быть сугубо токенизированной, потому что ни одна из них не может быть обменена без посредничества и ведения документации. На этот трюк способны только наличные.

Миф о AML/KYC

Третий миф связан с аргументом, что, если центральные банки начнут предлагать цифровую валюту населению, они должны будут соблюдать правила борьбы с отмыванием денег (AML) и “знай своего клиента” (KYC). 

Правила AML/KYC существуют для государственных органов, чтобы получать доступ к финансовой информации, которую они иначе не узнали бы. Финансовые учреждения были по закону задействованы в качестве привратников для помощи в борьбе с незаконной деятельностью, потому что именно они имеют прямой доступ к записям финансовых транзакций.

Когда государственный орган, центральный банк, становится получателем финансовой информации, связанной с транзакциями, проводимыми через цифровые счета или кошельки CBDC, учет со стороны третьих лиц более не требуется. При получении информации напрямую государственным органам будет легче отслеживать и даже ограничивать подозрительные транзакции — например, на основе переводимой суммы или местонахождения контрагентов, препятствуя транзакциям за пределы суверенной территории. 

При использовании CBDC правила AML/KYC не будут связаны с тем, что частные учреждения по закону обязаны делиться информацией с государственными органами. Вместо этого эти правила могли бы стать основой для институционального сотрудничества между центральным банком и налоговой службой или правоохранительными органами в целях предотвращения подозрительных денежных операций. В таком случае, если физическое или юридическое лицо захочет подать заявку на открытие официального цифрового счета или кошелька для использования CBDC, центральный банк не должен так быстро отказывать в обслуживании на основании “незнания своего клиента”.

Чтобы противодействовать незаконной деятельности и расширять доступ к финансовым услугам у центрального банка будут веские причины привлекать как можно больше “клиентов”, облегчая первоначальные проверки AML/KYC. Сбор информации для создания новой цифровой учетной записи или кошелька должен быть простым, создавая стимул для каждого при использовании официальных каналов CBDC. 

Если цифровая учетная запись или кошелек впоследствии использовались для подозрительных транзакций, у центрального банка должны быть инструменты для соответствующей реакции: учетная запись или кошелек могут быть временно ограничены, и о потенциально незаконных действиях будет сообщено в правоохранительные органы для дальнейшего расследования.

Миф об анонимности

Частичное применение правил AML/KYC не означает, что невозможно будет обеспечить конфиденциальность при использовании CBDC. Используя технологии и хорошо продуманные правила, мы можем создать надежную основу для защиты конфиденциальности с помощью CBDC. Но сначала мы должны признать, развенчивая четвертый миф о CBDC, что время абсолютной денежной конфиденциальности, такой как секретные счета в швейцарских банках, уже прошло. 

Начнем с технической стороны. Индивидуальные детали всех транзакций с использованием CBDC должны быть зашифрованы по умолчанию и не должны быть доступны третьим лицам, публичным или частным. Затем добавьте закон. Транзакции с CBDC должны быть полностью анонимными до определенной суммы — скажем, $3000 в месяц. Каждый, даже иностранец, должен иметь возможность создать цифровую учетную запись или кошелек и использовать CBDC до этой суммы, даже без предъявления официального удостоверения личности. Номера телефона или адреса электронной почты будет достаточно.

При превышении этого порога потребуется предъявление официального удостоверения личности при настройке цифровой учетной записи или кошелька. Но все идентифицированные пользователи CBDC будут иметь полную конфиденциальность в своей учетной записи или кошельке, гарантированную шифрованием. Однако денежная конфиденциальность будет относительной, поскольку ее можно отменить, а шифрование “взломать” по решению суда и при определенных юридически определенных обстоятельствах. 

Наконец, нарушения этих правил должны рассматриваться как уголовные преступления, аналогичные действующей правовой базе, которая с большим успехом защищает налоговую и финансовую информацию физических и юридических лиц. CBDC, как и любая другая цифровая валюта, нуждаются в какой-то проверке при проведении транзакции и, в свою очередь, неизбежно оставит след. Это не означает, что этот след должен быть виден всем. Благодаря технологиям, правовым нормам и судебной защите можно гарантировать конфиденциальность денежных средств с помощью CBDC.

Вам также могут понравиться

Добавить комментарий